Майкл Джексон – поп-король

Трудно сказать, знает ли Майкл о том, как его жизнь схожа с жизнью Джеки Кугана, актера, который стал извест­ным в шесть лет, в 1920 г. после роли в фильме The Kid с Чарли Чаплиным. Обаяние Кугана было так велико, что в 1923 году при переходе из Первой национальной студии в Metro он получил премию в 500 тысяч долларов и контракт на четыре картины в течение двух лет на общую сумму в милли­он долларов плюс проценты от доходов.

Хотя его мать утверждала, что Джеки вел «нормальную жизнь» — как делала и Кэтрин, — его детство было каким угодно, только не нормальным. Однажды, когда он был на вершине славы, Куган пошел с матерью в магазины в деловую часть города. Там их окружила трехтысячная толпа, и только вмешательство полиции спасло их. С тех пор он стал очень осторожен, выходя на люди. Впрочем, напуганный окружаю­щим миром, он больше оставался дома, окруженный трехмет­ровым забором. Далее »

В январе 1975 года Motown выпустила четвертый соль­ный альбом Майкла — Forever Michael. Он не был успешным, став всего сто первым в чартах, восемью пунктами ниже, чем плохо продаваемый альбом 1973 года Music and Me. «Все! — решил Джозеф. — Больше Майкл не будет записывать соль­ные альбомы для Горди. Это разрушит его карьеру».

Джозеф был возмущен недостаточной рекламой со сто­роны компании и тем, что группа не могла сама писать и вы­пускать песни. Он верно сознавал, что его сыновья никогда не смогут делать большие деньги, пока не будут владеть пра­вами на их публикацию. Если певец пишет свой материал, он получает не только как певец, но и как автор, поскольку ему тоже платят за каждую проданную копию. В то время ставка была — дополнительные два процента с копии, которые де­лились пополам с издателем песни.

Так что оборотная сторона пластинки, проданной в мил­лионе копий — сторона, которую редко, а то и вовсе никогда не крутят по радио, — может стоить до двадцати тысяч долла­ров. Джозеф утверждал, что уж хотя бы оборотную сторону диска мальчики могут писать сами. Далее »

Джексонов в то время огорчала жена Тито, Ди-Ди, им ка­залось, что она тратит слишком много его денег. Джекки и Энид только что поженились. С Энид было весело, ее вдох­новляла роль молодоженов, но я думаю, она немного была смущена тем вниманием, которое оказывалось Джекки. На­пример, однажды я сидела вместе с ней и Кэтрин за столи­ком, наблюдая выступление мальчиков. Энид показала на двух девушек. «Видите их? Они всюду следуют за моим мужем.

Неважно, где он находится, они тоже там. Мне это не нравит­ся. Я думаю, могут возникнуть проблемы».

Тереза пробыла неделю и посещала все шоу по пригла­шению семьи. В это время они подружились с Майклом. Он начал дразнить ее во время выступлений, корча рожи со сце­ны. Однажды за кулисами после шоу Джекки схватил Майкла и толкнул его к Терезе, пытаясь заставить их поцеловаться. «Он боялся поцеловать меня, и я тоже. Нам было всего по шестнадцать. Братья дразнили его из-за меня», — признава­лась Тереза.

Семья часто приглашала ее к обеду — у нее до сих пор много фотографий с ними, но как она ни наслаждалась этим общением, все же мечтала остаться с Майклом наедине. Она осуществила свою мечту в последний вечер в Лас-Вегасе, когда Майкл решил, что не пойдет вместе со всеми в ресторан между выступлениями. «Это был мой шанс», — делилась она. Но когда все ушли, Майкл закрылся в спальне и начал читать Библию Свидетелей Иеговы. «Наконец он появился и при­гласил меня войти», — вспоминает Тереза. — На одной сто­роне в его комнате висела картинка, на которой была нарисо­вана луна, на другой — Солнечная система. Далее »

Энид и Джекки начали встречаться и через пять лет по­женились Их свадьба ничем не напоминала грандиозный праздник Джексонов – Горди. Джекки и двадцатилетняя Энид скромно поженились в его номере в «Метро-Голдвин-Майер-Гранде» в Лас-Вегасе во время очередного выступле­ния группы. Джозеф противился браку, ему казалось, что у Энид есть скрытые мотивы выйти замуж за его сына, особен­но с тех пор, как она, в отличие от жены Тито Ди-Ди, отказа­лась подписать брачный договор.

Он считал, что Энид слишком прямолинейна и незави­сима пытался убедить Джекки, что она может создать про­блемы. Но Энид вспоминает, что они с Джекки очень любили друг друга и ей не было дела до его растущего богатства.

«Хоть я из семьи среднего достатка, – говорит она, – я никогда ни в чем не нуждалась. Мой отец всегда давал мне все самое лучшее. Он был таким человеком, что, если я поку­пала дешевую одежду, он мог выбросить ее и купить мне до­рогую. Так что брак с Джекки не вызват культурного шока».

У Джозефа и его старшего сына не было серьезных про­блем с тех пор, как Джекки в двадцать один год решил пере­ехать из семейного дома. Отношения между ними накалива­лись из-за машины. Джекки купил свою первую машину и очень ею гордился. В феврале 1972 года они с другом катались и на скорости пятьдесят миль в час врезались в припаркован­ный автомобиль. Джекки ударился головой о лобовое стекло; он мог быть изуродован на всю жизнь, но, к счастью, оба от­делались незначительными ушибами. Машину страховая ком­пания списала, как не подлежащую восстановлению. Далее »

В августе 1974 года группа Джексонов снова была пригла­шена в MGM-Grand в Лас-Вегас, но Майклу и братьям было трудно сконцентрироваться на выступлении из-за серьезных проблем дома между родителями. Пока братья работали в Ве-гасе, Кэтрин обнаружила, что у мужа роман с поклонницей Джексонов из Канзаса, двадцатишестилетней черной женщи­ной. Она, видимо, сначала обратила внимание на Джекки, но он проявил равнодушие, и она переключилась на Джозефа. Ходили слухи, что она беременна. Вопрос открыто не обсуж­дался; мальчики перешептывались об этом между собой. Главным было выяснить, чей это ребенок.

Мысль, что у его отца будет ребенок от другой женщины, должна была огорчать Майкла. Это было предательство мате­ри. После одного из шоу в Лас-Вегасе Джозеф созвал группу на собрание, где хотел обсудить замечания, которые были у него к выступлению. Он был уверен, что шоу должно продолжаться, несмотря ни на какие личные проблемы в семье. Но Майкл решил бойкотировать собрание.

Позже глава семьи Джо нашел его, бесцельно слоняю­щимся в казино отеля. Он похлопал Майкла по плечу. Тот ог­лянулся, увидел, кто это, и пошел быстрее. Отец взревел: «Какого черта!» и начал расталкивать людей, чтобы догнать сына. Далее »

Летом 1974 года Джозеф сделал серьезную ошибку. Mo­town пришлось отменить турне по Великобритании, когда он, пытаясь создать шумиху, обнародовал в британских газетах время прибытия самолета Джексона в Хитроу 9 июня. После того как сотни девушек пострадали (одна умерла) на концер­те Дэвида Кэссиди на стадионе Уайт-Сити в Лондоне, бри­танский промоутер, работавший с Motown, предупредил, что нужно будет усилить меры безопасности. Берри приказал от­менить турне, к большой досаде Джозефа. «Берри хотел пока­зать ему, кто из них босс», — сказал один из служащих Горди.

Альбомы стали выходить реже. Раньше Джексоны выпус­кали по три в год, в 1974-м — один Dancing Machine. Вышед­шие к концу года два сингла Whatewer You Got Jwant и I Am Love были неудачными, и Motown отменила выпуск сингла Майкла Джексона Doggin around. Интересно, что компания тратила большие деньги, чтобы записать, выпустить и даже распространить песни непокорных певцов, чтобы затем сабо­тировать продажу. Далее »

После выступления в Лас-Вегасе Джозеф объявил, что его сыновья будут сниматься в кинофильме Jsoman Crass and Sons. Сценаристом, режиссером и продюсером картины был Рэймонд С. Жак. Сценарий рассказывал о семье рабов, кото­рая в середине девятнадцатого века боролась за свободу. Там же должен был сниматься и отец мальчиков.

«У меня остались хорошие воспоминания, — вспомнил С. Жак о времени, проведенном с Джексонами. — Джозеф, насколько я помню, был сумасшедшим отцом. Он думал только о благосостоянии своих детей. Очень беспокоился о Майкле, который был особенно рад возможности сниматься, и глава семейства хотел убедиться, что все будет хорошо. Джозеф был способен на риск — он мог поставить на карту карьеру, если думал, что это окупится. Я уважал это в нем. В конце концов, разве не поэтому мальчики заняли первое место в Калифорнии? Я считал их хорошей, крепкой семьей. Гордился тем, чего они достигли.

Майкл очень старался, желая угодить отцу. Не делал ни­чего, не посмотрев сначала на него, чтобы убедиться, что де­лает правильно. Другие мальчики иногда выходили из-под контроля, думали о машинах, девушках и о чем там еще дума­ют ребята. Но мое впечатление от Майкла — он думал только о шоу-бизнесе». Далее »

Для дебюта в Лас-Вегасе семья работала изо всех сил. Им не нужны были напоминания Джозефа, что их будущее в шоу-бизнесе зависит от этого выступления. Конечно, апло­дисменты были после каждого номера. Кэтрин с друзьями и родственниками были среди зрителей и не щадили ладоней. Но когда сыновья-Джексоны вынесли сестер для финального поклона, зааплодировали не только семья и друзья. Когда все они – Джекки, Тито, Джермен, Марлот, Майкл, ЛаТойя, Рэнди и Джанет — взялись за руки и триумфально подняли их в воздух, аудитория взорвалась бурными аплодисментами и потом встала для оваций.

За кулисами, справа от сцены, Джозеф раскачивался на пятках, засунув сжатые кулаки в карманы, улыбаясь во весь рот. За исключением отсутствующей Морин, осуществилась его мечта: все его дети на сцене выступают вместе. «Они сде­лали это, — сказал он, ни к кому не обращаясь. — Они сдела­ли это».

Слева за сценой, напротив Джозефа, стояли три сотруд­ника Motown, похлопывая друг друга по спине. «Они сделали это, – сказал один из них. – Теперь у нас в компании есть звезды Вегаса». Далее »

Успех в Лас-Вегасе был гарантией того, что певец будет всегда обеспечен работой, невзирая на положение в чартах. Но провал в Вегасе мог стать концом карьеры. Берри был уве­рен, что из-за недостатка опыта работы с материалом, кото­рый годился для придирчивой, в основном белой, аудитории, мальчики позорно провалятся. В конце концов, решил он, урок пойдет им на пользу.

«Пусть едут в Лас-Вегас, если хотят, — сказал Берри одному из помощников. Его задела реакция Джозефа. — Они там получат по рукам, и это будет хороший урок для их отца. Это будет такой провал, что они ко мне на коленях припол­зут».

Джозеф хотел преподать Берри свой урок. Вся семья объ­единилась, чтобы доказать, что он ошибается.

«Мы знали, что Motown в нас не верит, — вспоминает Джермен. — Отец из кожи вон лез, чтобы доказать свою пра­воту, и братья были за него на все сто процентов. Я разрывал­ся между ними. У меня было подозрение, что Берри прав». Далее »

В 1945 году Сэмми Дэвис-младший, его отец Сэмми и дядя Уилл Мастин были приглашены в отель «Эль Ранчо Вегас» за пятьсот долларов в неделю. Лас-Вегас был новой Меккой шоу-бизнеса, El Rancho и Last Frontier — самыми роскошными отелями. Но хотя они были приглашены высту­пать на открытии в зале отеля, им не разрешили остановиться в гостинице из-за цвета их кожи. Они жили в бараке для при­слуги. Их апартаментами была лачуга за городом, сделанная из деревянных ящиков и картона, — по двойной цене комнат в El Rancho. Даже такая величина, как Билли Экстайн, кото­рый тоже работал в Вегасе в то время, не мог остановиться в отеле, где выступал. Концертные залы и казино тоже были под запретом — черные могли развлекать, но не могли играть в казино и общаться с белыми.

Позже Сэмми Дэвис-младший сломал эти преграды своим талантом и настойчивостью. К 1970-м годам участник трио Уилла Мастина, он стал сольной звездой, которой в Вегace платили больше 175 000 долларов в неделю. Пользуясь своей властью знаменитости и отказываясь принимать ответ «нет», Мистер Шоу-бизнес сделал так, что черные могли не только выступать, но и отдыхать и развлекаться в городе. По­сещая встречи руководства гостиниц и сотрудничая с адми­нистрацией, вместо того чтобы бороться с ней, Дэвис добил­ся к концу пятидесятых, чтобы больше черных приглашалось в Сэндх, где он выступал. Когда в мае 1990 года он умер, в его память в Лас-Вегасе на десять минут был погашен свет. Далее »